ворота в чудесный мир социальных льгот по потере кормильца открылись для меня в девять лет приглашением в бесплатный крымский детский лагерь. всего пять минут до пляжа, обещал директор на дне открытых дверей. представьте, солнце, черное море и золотистый песок два раза в день, и всё это будет полностью оплачено государством.

меня поселили в комнату с двумя другими девочками. мы уселись каждая на свою кровать и выжидающе посмотрели друг на друга. нам предстояло стать лучшими подругами на ближайший месяц.

меня зовут катя, представилась первая девочка. мне 9 лет. я перехожу в четвертый класс. три месяца назад моя мама выпила две бутылки вина, вышла на балкон и сорвалась вниз. с восьмого этажа. я спустилась вниз за ней. она ещё была жива и корчилась от боли сорок минут. потом умерла.

привет, катя.

я думала, мы будем рассказывать друг другу о том, кто наша любимая певица. но кате было виднее, что важно.

вторую девочку звали анжела. анжела рассказала, что ей 11 лет и этот лагерь – её чистилище, месяц в безвременьи, который ей надо пережить. дома её ждал новый бойфренд, паша. она не могла дождаться, когда они воссоединятся и на школьной дискотеке она подойдёт к нему совсем близко, встанет спиной и присядет, сделав волну телом и соблазнительно потеревшись о него своей попой, на глазах у одноклассников и одноклассниц. а её папу убили бандиты, давно.

нас объединило желание сбежать из лагеря и одурманенность смертью.

пиковую даму вызывают любые дети, но не у всех есть к ней вопросы. у нас были. мы одалживали спички у старших отрядов и зажигали свечи под кроватью после отбоя. призывали духов умерших родителей, рисовали круг с алфавитом на листе бумаги и раскачивали нам ним золотой кулон кати, ожидая, что он остановит свое движение у нужной буквы, передав нам послание из загробного мира. буквы не складывались в слова.

на пляже анжела собирала бычки от сигарет и прятала их под матрасом своей кровати. мы согласились ей помогать, и она выдала нам инструкции: её отец курил только винстон, поэтому мы должны проверять, что написано на окурках, а не тащить ей все подряд. кате понравился ритуал, и она дополнила список наших поисков: к окуркам добавились блестящие синие крышки от пива эфес в честь алкоголизма её мамы.

я выбрала собирать клешни прибитых волнами к берегу мертвых крабов.

к концу смены мы выяснили, что, полежав месяц под матрасом, они воняют сильнее сигарет.

бабушка анжелы поделилась с ней самым главным предостережением: мертвецы приходят за живыми во сне. когда умер дед анжелы, он приходил к её бабке дважды. первый раз – на третий день после смерти. второй раз – на девятый день. на сороковой день он не пришел. но если придёт в третий раз, позовёт с собой, говорила бабка.

в лагере анжеле впервые приснился покойный отец, и она решила вести зарубки о его посещениях в своем личном дневнике. пока это была всего одна палочка. через неделю отец приснился ей снова. ты можешь вторую палочку не параллельно в ряд поставить, а сделать крест, как на церкви, посоветовала катя, когда анжела, всхлипывая от страха, открыла свой дневник.

мы никогда не встречались после этой смены, и я не знаю, приходил ли отец к анжеле в третий раз.

я не боялась снов о маме. она мне не снилась, но я была уверена, что если она придёт, то не будет пытаться звать меня за собой. мама не могла быть злым духом вроде деда анжелы.

первой мама приснилась моей тёте, вере. мои догадки подтвердились, мама не пыталась её забрать, наоборот, мама хотела остаться.

такой глупый сон, сказала смущенно вера. она приходит, а я говорю, ты что, живая? слушай, надо спрятать тебя, наверное, как-то. а то неловко, поминки же уже были, люди стол накрывали, а с тобой всё в порядке.

и мои сны были такими же. мама просто появлялась у нас дома. во сне я помнила, что она болела, умерла. но вот она была здесь. и мы делали вид, что всё в порядке.

эти сны остаются со мной всю мою жизнь. их нельзя назвать приятными, нельзя назвать кошмарами. они наполнены неловкостью и незавершенностью. в жизни мы с мамой не смогли обсудить её предстоящую смерть, а во сне не могли обсудить её воскрешение.

в очередном сне, обнаружив маму у себя дома, я рассеянно подумала, как бы нам наверстать упущенные годы. на тот момент её не было в живых уже семнадцать лет. я побежала в магазин покупать ей телефон, самым важным мне показалось сделать ей подписку на спотифай.

в другом сне её воскрешение и вовсе осталось чем-то неважным на фоне рутины моей жизни. я жила в другой квартире и занималась своими делами, в какой-то момент вспомнила о том, что она жива и нерешительно позвонила ей, не зная, о чём говорить.

неизменным во всех снах оставалось главное чувство: да, она снова жива, но скорее всего, она исчезнет также внезапно, как и появилась. не привязывайся. останешься ты, а она уйдет.

я думаю, бабушка анжелы хотела, чтобы дед забрал её.