Лирика — один из древнейших родов литературы, и, без сомнения, намного больше фокусируется на личных переживаниях автора, чем, к примеру, проза. Само слово, λυρικός (“исполняемый под звуки лиры”), говорит о неразрывной исторической связи поэзии с музыкой. Не удивительно, что эта связка остается доминирующей в творческом поле современности.
Столкновение таких непохожих и таких одинаковых в чем-то авторов – Аллы Борисовны и Хаски (Дмитрий Кузнецов) – мне показалось интересной темой исследования как оценки методов выражения не то что любви, а скорее зависимости от творчества; так и того, чтобы в целом понять развитие, эволюцию этого сюжета через поколения. Говорить об Алле Борисовне, конечно, очень ответственная задача, а Хаски у меня выбрался для этого текста чуть ли не случайно. В базовом классическом понимании любое творчество — это диалог автора с читателем, приглашение к интерпретации, встреча чувств и восприятий. В контексте направления “поэт и поэзия” автор становится неотделим от своего лирического образа и спаивается с ним, отстраненно беседует сам с собой, рефлексирует, выбирает самое сокровенное из своей души.
С кем проще быть честным — с другими или с собой? Уязвимость переживаний создает у слушателей впечатление, что мы видим что-то, чего не должны были видеть. Своеобразная дневниковость текста.
Центральной идеей этой работы я бы назвала то, как авторы воспринимают возможность творить. И для Аллы, и для Димы музыка как некий дар освобождения от боли, бытийности, жизни и смерти, связана частично с внутренней духовной необходимостью и частично со сверхъестественным влиянием – богом, судьбой. Жизнь, как своя, так и чужая, без музыки представляется им неполноценной — Дима задается риторическим вопросом:
“ Если б я был глухим, как камень под водой
Каким бы этот мир предстал передо мной?
Смотря из-подо льда немые мультики (А)
Что делал б я тогда без этой музыки? (А)”1
В свою очередь. Алла Борисовна отражает эту идею в строках: “Любовь мою до часа рокового! / К тому, к тому, к тому / Кто, к сожаленью, не поет”2. Интересно, что Алла фокусируется скорее на возможности петь, чем на пении как таковом. Для Хаски же важно в первую очередь возможность слушать и вообще существование музыки.
Вообще идея дара творчества как какого-то случайного божественного снисхождения это абсолютно настолько же удивительный вопрос, как вопрос, откуда появилось человечество (кстати, Аллой звали у некоторых народов Кавказа одну из богинь Судьбы). Без человечества не существовало бы музыки. И наоборот тоже. Но как так сложилось, что один способен петь, а другой нет? Хаски описывает свои чувства на этот счет так:
“Пацаны растаяли в текстурах навсегда (Навсегда)
Медленно дотлели, как остатки косяка
Но верю: есть реальности далёкая петля
Где один из них читает ровно то же, что и я”3
Дима признает, что решать, кто сможет творить, в первую очередь случайности и судьбе. Но вернемся к музыке-спасительнице: у Аллы “Все стою и пою, я от боли / От боли я пою, люблю”4, у Хаски “…музыка вернула: «Я всё дам, только живи / И славу, и успех, какие хочешь пузыри»”5 — М. сберегает не только от боли, но вообще от смерти духовной и физической. И снова прослеживается, насколько более агентна музыка в понимании Димы. Она практически отдельный персонаж. А для Аллы это неотделимая часть ее души и разума.
Последняя тема, которую я хочу рассмотреть, музыка-проклятие: это проклятие зависимости от аудитории. Страх ее потерять, ей не угодить. С другой стороны, страх потерять искренность и самость в угоду слушателя: “Я боюсь быть непонятым, словно в затопленной дымом комнате танец калеки / До рвоты боюсь быть съедобным для всех, как мелодия на дискотеке”6. Пожалуй, выбор между этими вариантами (или компромисс) — один из сложнейших циклических этапов в жизни любого автора. Оставаться самобытным и надеяться найти широкое понимание? Уступать и упрощать себя? На этот счет нет ответа ни у Димы, ни у Аллы. Возможно, его нет ни у кого. Но выбор этот нужно делать все равно.Человек может быть, а может и не быть творцом. Может выбирать оставаться собой или… В зависимости от цели. Но, в конце концов, друзья, помните,“у нас одна, да-да, одна, святая, к музыке любовь”7. Любите музыку!
______________________________
Добавить комментарий